«Так вы юрист?». Нет, именно специалист по пенсионному праву

Этапы трудового пути: сначала - райсобес, затем - Пенсионный фонд России

Уважаемые подписчики, а также все те, кто с интересом заглядывает в мой блог, но ещё не стал постоянным пользователем. Вкратце я уже рассказывала об основных вехах своей биографии. Но в связи с часто поступающими вопросами о том, каков мой опыт при работе с ошибками в пенсиях, имею ли я соответствующее образование, да и желание по-настоящему помогать людям, пришло понимание – надо рассказать о себе чуть подробнее.

Расписывать детали личной жизни, которые могут быть интересны только людям близким, я здесь не буду. Поэтому сразу возьмём быка за рога, как говорят в таких случаях. В активе – два высших образования: педагогическое и экономическое. Начинала свою трудовую деятельность в городе Ленинграде, работая инспектором в Московском райсобесе. Будем считать, что этот период на моём жизненном пути стал точкой отсчёта оказания социальной помощи населению.

Спустя уже много лет судьба внесла серьёзные коррективы в биографию действующего в то время налогового инспектора Трофимовой, и в 2009 году я оказалась в Пенсионном фонде города Омска. Уволилась из ПФР лишь в связи с переездом в родной город Новокузнецк, будучи уже пенсионером.

Опыт и желание быть полезной сыграли свою роль - юристов по пенсионным делам не хватало

Знающие меня люди поймут, почему я не смогла сидеть без дела после выхода на заслуженный отдых: причина не только в небольшом размере получаемой пенсии – энергию некуда было девать. А нужная работа рано или поздно найдётся, я в этом убедилась ещё раз. Хотя тут точнее будет сказать - она меня сама нашла. Я и без того знала, что пенсионеры – самые незащищённые и доверчивые граждане. А тут, уже в «шкуре» пенсионера, смогла прочувствовать эту возрастную уникальность ещё больше. Так что с 2018 года я продолжила заниматься пенсионными делами, но уже в частном порядке.

Сначала казалось, что взвалила на себя неподъёмную ношу. Действующие юристы чуть ли не поголовно отказывались вести дела пенсионеров, хотя об ошибках в начислении к тому времени начали говорить открыто – тема стала одной из самых злободневных. Дело тут не только в том, что пенсионеры – народ малообеспеченный и для юристов неинтересный, как может показаться кому-то.

Чтобы оказать настоящую, а не продекларированную помощь пенсионеру (чем часто пользуются мошенники: «Сейчас отправим запрос, и пенсия станет больше на 5 тыс. рублей»), надо руководствоваться сразу несколькими законами – о государственных пенсиях, о трудовых пенсиях, о страховых пенсиях.  

Не помешает знание и тех нормативно-правовых актов, что достались нам в наследство от СССР, и тех, которые были приняты уже позже, но сопровождались постоянным внесением поправок. К тому же, замечу, поправки вносятся и до сих пор. Рядовому юристу, куда проще и выгоднее вести дела совсем другого рода, основываясь на паре статей ГК, в которых нет путаницы и всё расписано от «А» до «Я».

Да и с привлечением добровольных помощников на первых порах у меня тоже была настоящая беда. Чтобы ликвидировать ошибки в начислении пенсий, надо было вести расчёты вручную. Но когда в самом начале самостоятельного трудового пути появлялись вопросы, и я с ними обращалась к сотрудникам ПФР, то в ответ чаще всего слышала одно и то же: «Да ты что, Надежда, мы сами понятия не имеем, как выводится окончательный результат. Всё считает программа, надо только правильно ввести все данные». А вы говорите…

Какая помощь пенсионерам, если сам не все знаешь? Надо учиться и трудиться

Теперь, наверное, самое время рассказать, как проходило моё становление на самостоятельном поприще. Об основных сложностях вы уже, надо полагать, поняли из предыдущего повествования, но ведь надо было как-то противостоять им. Однако, если любишь своё дело, если стремишься добиться, если уж несовершенства, а хотя бы умения справляться с наиболее часто встречающимися проблемами, после чего по крохам начинаешь собирать пути решения более запутанных ситуаций – всё получится.

Главное – желание и умение общаться с людьми, стараться понять и принять их боль как свою. Они это чувствуют, и успех любого непростого дела наверняка гарантирован, когда отношения строятся на полном и взаимном доверии.

Сначала с ностальгией вспоминалась та самая работа в Ленинграде, в Московской райсобесе – в совсем других условиях. Никаких программ тогда, естественно, не было – всё считалось вручную. Просчитываешь (благо закон был для всех един), подшиваешь все подтверждающие трудовой стаж документы в папку и несёшь руководителю на проверку. Сколько же там было ошибок, как выяснялось вскоре?! А ведь, казалось, что свою работу ты выполняла добросовестно, скрупулёзно. Приходилось переделывать её по несколько раз, пока «цензурный центр» не выносил вердикт – в пенсионном деле ошибок нет. Их по факту и не было.

А нынче… Это сейчас я могу с уверенностью сказать, что нет в пенсионном законодательстве России темы, в которой я бы не разбиралась или что-то могла упустить. А начиналось всё с чуть ли не круглосуточного изучения аспектов проблемы, с которой обращался пенсионер. Считала всё вручную: нельзя забывать, что каждый расчёт пенсии индивидуален и отнимает много времени. Хотелось во всём дойти до самой сути.

Хотя замечу, что ручной расчёт, где учтены все плюсы и минусы трудовой деятельности пенсионера — с выбором в дальнейшем самого выгодного варианта, до сегодняшнего дня остаётся основой для достижения положительного результата при обращении в СФР или при составлении иска в суд.

Три за основу взятых правила, заставляющие уверенно двигаться вперед

Конечно, без опыта работы в Налоговой службе и Пенсионном фонде мне вряд ли удалось бы быстро прийти к нужным результатам, вдохновляющим на дальнейшие «подвиги». Своих первых пенсионеров, вместе с которыми праздновала победу, никогда не забуду. Радость была такая, словно я и себе увеличила ежемесячные отчисления. Но главное – я теперь понимала, что нахожусь на правильном пути, что могу реально помогать людям. Важно только не терять набранный темп и не давать пустых обещаний, еще больше разочаровывающих людей.

Кропотливая работа в течение 14 с лишним лет научила многому. Во-первых, выдержки и терпению. И пенсионеры бывают разные – с необоснованно завышенными требованиями, в том числе («Хочу пенсию как у депутата»). Оставила свой отпечаток и постоянная борьба с сотрудниками Соцфонда, игнорирующими выверенные расчёты и прочие доказательства. Всё это к делу не пришьёшь – просто идёшь по кругу и вновь пытаешься доказать, что входит в понятие «справедливость в полном соответствии с законом».

Во-вторых, научилась всю ответственность брать на себя, самостоятельно принимая то или иное решение. Это непросто, доложу я вам. Потому что иногда, после детального анализа претензий, выясняется, что тех ошибок, на исправление которых надеялся ветеран, в пенсионном деле нет. Единственной ошибкой было надеяться найти ошибку. Но всё равно в большинстве случаев мы расстаёмся как друзья – без негативных эмоций по отношению друг к другу.

И, наконец, в-третьих: я и раньше точно знала, что, приступая к работе, нельзя никогда и никому обещать золотых гор, а затем только утвердилась в этом мнении. Лишь один пример. Когда этап начального анализа оставался в прошлом, я клиенту всегда оставляла выбор: либо вы идёте к юристу и вместе с ним продолжаете бороться за свои права (с единственной просьбой сохранить мои расчёты – они выверены и не требуют дальнейшего вмешательства), либо выяснением отношений с СФР продолжу заниматься вместе с вами я. У человека всегда должен быть выбор, особенно когда дело касается его материального положения.

Решила стать эксперотом, чтобы расчет страховой пенсии перестал быть уделом избранных

А теперь немного статистики. За 14 лет было сделано 548 подробных расчётов размера пенсии. Нарушения, влияющие на её размер, были выявлены в 80 случаях (а это очень высокий показатель – практически 15% от общего объема). Доплата при этом была разной - от 200 до 6 тысяч рублей, но общий размер выплат составил около 1 200 000 рублей. Здесь не учитываются выигранные дела, защищающие права выхода на досрочную пенсию. 

Когда стало понятно, что все сферы действия пенсионного законодательства мной досконально освоены, я решила продвинуться чуть дальше и начать учить ветеранов попыткам самостоятельно заботиться о пенсионных начислениях. Короче, поняла в какой-то момент, что стала экспертом, и захотелось, чтобы и наиболее продвинутые пенсионеры приложили максимум умственного труда для защиты своих интересов.

В этом направлении сделано уже многое (смотрите сами на объём информации в блоге), кое-что сделать ещё предстоит, но главное, чего уже удалось добиться – значительная часть подписчиков решила не привлекать юристов к анализу собственного пенсионного дела, а пытается сама разобраться во всех хитросплетениях законодательства.

Понятно, что осилить эту науку до конца удастся далеко не всем, но иметь общее представление об ожидающих их подводных камнях при защите собственных пенсионных интересов они уже будут иметь представление. И так просто отфутболить их (в переписке с СФР, к примеру) или обмануть (при заключении договора с лжеюристами) уже не удастся.